Юлия Новикова: «Химия меня выбрала сама»

Химия — наука точная. Но путь в нее редко бывает выверенным до миллиметра. Юлия Новикова, химик 1-й категории центральной лаборатории филиала «Завод Химволокно» ОАО «Гродно Азот», когда-то каждый день пешком преодолевала по три километра, чтобы добраться до школы, а сегодня разрабатывает инженерные термопласты для восстановительной хирургии, выигрывает президентские гранты и выходит в финал республиканского конкурса «Женщина года». Мы поговорили с ней о том, как не разлюбить науку после девяти лет учебы, почему женщинам в химии нет равных и при чем здесь ночная рыбалка.

— Юлия, химия — это сложно, ответственно и не сразу очевидно красиво, как, например, дизайн и бьюти-индустрия. Что или кто вдохновил вас выбрать профессию?

— Я выросла в деревне в Могилевском районе в простой, но любящей семье. Училась в Княжицкой средней школе. Мы ходили туда пешком: три километра в одну сторону и три — обратно. Сейчас даже приятно об этом вспоминать. Школа была с белорусским уклоном, ни о каких репетиторах и речь не шла. Главное, что родители меня всегда во всем поддерживали. Мама, кстати, работает техником-метеорологом в аэропорту Могилевского района, хотя раньше была преподавателем. У нас вообще четыре поколения педагогов в семье. А папа — железнодорожник. Мне же прочили медицину. Но сложилось иначе: химия выбрала меня сама.

Сначала я поступила в Могилевский химико-технологический техникум на отделение органических материалов, который успешно окончила. Потом — в Могилевский технологический институт (сейчас это Белорусский государственный университет пищевых и химических технологий) на кафедру химии и технологии высокомолекулярных соединений. Именно в вузе произошла судьбоносная встреча с руководителем кафедры, профессором, членом Нью-Йоркской Академии наук Борисом Эммануиловичем Геллером, который кардинально изменил сознание и нас, вчерашних школьников. Он говорил о химии как о миссии, о жизненно важной роли нашей профессии. Навсегда запомнила его слова: «Наукой нужно жить, а не заниматься».

Всего, получается, к профессии химика я шла девять лет: четыре в техникуме и пять в вузе. 

Я глубоко убеждена: если у человека есть внутренний стержень и цель, то неважно, откуда он родом, кем работают его родители, есть ли у него доступ к большим возможностям, — задатки, способности обязательно реализуются.

— Насколько я понимаю, на этом учеба не закончилась? С вашим старанием и блестящим умом вы, должно быть, учитесь до сих пор?

— Насчет блестящего ума я бы не спешила... Как говорил Эйнштейн, «я не гений, просто у меня любознательный мозг». Мне интересно каждый день приходить на работу и каждый день узнавать что-то новое в профессии. Без этого никак. Тем более что мы тесно связаны с производством: задачи перед нами стоят разноплановые, спектр деятельности обширный. 

— Итак, в чем заключается ваша работа?

— Она сложная, но интересная. Если коротко, моя задача — решать производственные вопросы, но с позиции лаборатории. И, конечно, делать это в тандеме с технологами: мы всегда работаем вместе, чтобы разобраться, в чем дело, найти причину той или иной проблемы.

Вторая не менее важная задача нашего участка — допуск новых видов сырья. Когда поступают новые образцы, мы должны провести комплекс исследований и выдать заключение: подходят они нам для производства или нет. Это, я бы сказала, ответственная миссия. Ведь от сырья напрямую зависит, каким получится конечный продукт.

— ОАО «Гродно Азот» — одно из крупнейших в Беларуси предприятий нефтехимической отрасли. Каково это — прийти туда молодым специалистом? Оправдались ли ожидания?

— Начинала я в 2009 году инженером-технологом на предприятии «Гродно Химволокно» в цехе высокопрочного корда. Это была фантастика!

Во-первых, я влюбилась в Гродно еще раньше, в 2008-м, когда приезжала сюда студенткой на производственную практику. Уже тогда решила, что свяжу с этим городом жизнь. Увидела предприятие издалека — и поняла: это мое. Во-вторых, когда началась практика в прядильном цехе, довелось соприкоснуться с настоящим миром нефтехимии и его сложнейшей «начинкой» — экструдерами, трубопроводами, намоточными модулями, другими огромными агрегатами. Мне было безумно интересно! Я облазила буквально все: с нулевой до двадцать шестой отметки. И эти приборы, эти масштабы меня совершенно покорили.

Конечно, в начале пути каждый из нас свою профессию идеализирует. Кажется, что горы можно будет свернуть. Но многие меня предупреждали: скоро, мол, перестанешь порхать, ежедневная рутина интерес притупит.

Я, честно, и сама этого ожидала. Но вышло наоборот. Со временем увлечение химией только растет. Желание учиться новому, углублять исследования становится сильнее. Так происходит, наверное, потому, что я вижу результат и понимаю: от того, что сегодня выяснит лаборатория, завтра производству станет легче работать. Мы выпустим более качественную продукцию, будем точно знать причины любых отклонений. Это настоящая ощутимая польза.

Диплом III степени республиканского конкурса творческих работ, посвященного Году качества, Юлии Новиковой вручен за проект «Термопласты отечественного производства для применения в сфере аддитивного инжиниринга». Минск, декабрь 2024 года

— Расскажите о самом необычном или сложном анализе, который приходилось проводить на заводе. Были ли случаи, когда результат зависел буквально от секунд или вашей внимательности?

— Полимерная продукция, с которой мы работаем, — материал особый и требует повышенного внимания. Это ньютоновские жидкости, которые не готовы подчиняться классическим законам физики.

Однажды мы два дня проводили одно испытание. Представьте себе: 24 стаканчика, и в каждом нужно специальным крючочком вытягивать ниточку полимера, чтобы добиться эффекта высаливания, то есть разложить вещество на фракции. Процесс невероятно трудоемкий, требующий медицинской точности и щепетильности. Здесь важна каждая мелочь, каждое движение. И именно от этого анализа зависела отгрузка готовой продукции. Я помню, как стояли фуры и ждали, пока мы закончим и выдадим заключение. Это колоссальная ответственность, когда понимаешь, что твоя внимательность и дотошность напрямую влияют на работу производства.

— Вы не только заводской химик, но и молодой ученый. В каком направлении ведете научные поиски?

— Сейчас моя основная задача — разработка рецептур и создание экспериментальных образцов импортозамещающих инженерных термопластов. Эти материалы перспективны для применения в сфере аддитивных технологий, а именно — для восстановительной хирургии. Если говорить о конечной цели, то такие разработки позволят снизить риски повреждения нервов и сосудов во время операций и сократить сроки лечения пациентов.

Работы ведутся в рамках Гранта Президента Республики Беларусь, который мне назначили в декабре 2025 года. Но предыстория началась в конце 2022-го, когда на церемонии вручения наград по итогам Республиканского конкурса инновационных проектов, организованного Государственным комитетом по науке и технологиям, я присутствовала в качестве финалиста со своей работой по экспресс-методам определения среднечисленной молекулярной массы и степени полимеризации полимерной продукции. В преамбуле церемонии рассказывали о проектах предыдущих победителей. Когда на экране появились кадры о разработке врача-нейрохирурга Гомельской областной клинической больницы, посвященной созданию индивидуальных навигационных шаблонов в хирургии позвоночника с применением полимерных материалов в сфере 3D-технологий, меня озарило: полимерщики могут работать в тесной коллаборации с медициной и вместе помогать пациентам.

Для меня это действительно важная миссия, потому что в нашей стране таких материалов, разработкой которых занимаюсь я, пока нет. Их приходится закупать за рубежом, и это очень дорого. Но наше предприятие выпускает около 200 марок термопластов, а теперь мы их усовершенствуем. Рецептуры уже готовы, и вскоре, думаю, в Гродно можно будет производить новые виды продукции для медицины. Для наших людей — родных, близких, детей…

Финал XIV Республиканского конкурса инновационных проектов, проводимого ГКНТ, стал местом встречи молодых ученых-единомышленников. В их числе — Юлия Новикова и гомельский врач-нейрохируг Евгений Ковалев. Минск, декабрь 2023 года

— Говорят, настоящий ученый должен сомневаться во всем. А приходилось ли вам сомневаться в устоявшихся технологических процессах на заводе и предлагать что-то новое? Как руководство относится к таким инициативам?

— Сомнения — неотъемлемая часть нашей работы. Настоящий исследователь всегда задает вопросы: «А почему именно так? А можно ли иначе? А что будет, если чуть-чуть изменить условия?» Без этого невозможно создать ничего нового. Наука — процесс емкий, небыстрый и требующий здорового скептицизма.

Но здесь важно понимать специфику: мы не просто лаборатория, мы — часть огромного производственного организма. И когда ты предлагаешь что-то изменить в устоявшемся технологическом процессе, ты должен сто раз все взвесить. Потому что за каждым твоим предложением — работа цехов, тонны продукции, безопасность людей. Сомневаться можно и нужно, но сомнения должны быть конструктивными и подкрепленными исследованиями.

Нам повезло с руководством. Генеральный директор ОАО «Гродно Азот» Игорь Васильевич Ляшенко постоянно подчеркивает, что будущее за взаимодействием науки и производства, что без внедрения инноваций, без движения вперед мы не сможем сохранить технологический суверенитет, не сможем развивать отечественную химическую отрасль. И это не просто слова — это реальная национальная позиция, которая чувствуется на всех уровнях.

Поэтому, когда мы приходим к руководству предприятия с инициативами, с новыми идеями, с предложениями что-то усовершенствовать, всегда встречаем поддержку. Конечно, любое предложение проходит проверку, обсуждается, тестируется. Но никто нам не говорит: «Идите работайте, как работали, и не выдумывайте». Нас слышат. То есть мы все смотрим в одном направлении: чтобы продукция была качественной, производство — современным, а страна — независимой и в технологическом плане тоже. Когда есть такое единство целей, любые сомнения превращаются в стимул для развития, а не в тормоз.

— На «Гродно Азоте» работают тысячи людей. Как здесь обстоят дела со стереотипом, что химическое производство — не женское дело?

— Если смотреть на химическое производство со стороны, особенно на масштабы «Гродно Азота», где огромные цеха, сложное оборудование, мощные агрегаты, то этот стереотип легко понять. Работа действительно сложная и физически, и эмоционально. Но внутри этой индустрии все гораздо многограннее.

В рамках самообразования я изучаю много профессиональной литературы — и зарубежной, и отечественной. И постоянно наталкиваюсь на публикации женщин-ученых. Причем это не современная тенденция: уже в 1960-х годах выходило огромное количество в том числе советских исследований, авторами которых были женщины. И это неслучайно. Я уже пришла к выводу, что мужчины и женщины видят задачи по-разному, и это не конкуренция, а, скорее, идеальное дополнение. Мужской взгляд — это часто глобальное видение, масштаб, стратегия. А женщина благодаря своей природной щепетильности, вниманию к деталям, той самой «медицинской точности» способна уловить нюансы, которые могут ускользнуть от «укрупненного» мужского взгляда. Многие открытия в химии, особенно в тонких процессах, были сделаны именно благодаря этой способности всматриваться, не пропускать мелочи, доводить до совершенства.

Поэтому я убеждена: развивать и химическое предприятие, и отрасль в целом мы можем только вместе. Нефтехимия без женщин невозможна точно так же, как и без мужчин. Просто потому, что природа дала нам разные инструменты восприятия, и только в сочетании они дают полную картину. Подтверждение слаженному тандему мы получаем ежедневно. Кроме того, все чаще к нам в лабораторию приходят работать мужчины. Восхищает их способность сохранять концентрацию и выдержку в сложных напряженных ситуациях.

И все же я предпочитаю не делить работу на мужскую и женскую. На «Гродно Азоте» ценят не пол, а компетенции. И это главное.

— Давайте поговорим о вашей роли в общественной жизни предприятия. Что вам дает членство в Белорусском союзе женщин?

— Для меня БСЖ — это, без преувеличения, клуб единомышленниц, где находишь не просто поддержку, а настоящую энергию для движения вперед. Это грандиозная сила, которая окружает тебя и помогает расти. А самое ценное — возможность знакомиться с удивительными людьми. До участия в женском движении я даже не подозревала, сколько в нашей стране масштабных, глубоких личностей.

Например, Ирина Бурая — проректор по научной работе Полоцкого государственного университета имени Евфросинии Полоцкой. Мы познакомились с ней в Минске в мае прошлого года на отраслевом женском форуме «Мая галіна — мая краіна», который объединенная организация Белорусского союза женщин концерна «Белнефтехим» приурочила ко Дню химика. Ирина Владимировна настолько впечатлила меня энергией и профессионализмом, что вскоре по ее приглашению я отправилась в Полоцкий университет, где познакомилась с оборудованием и возможностями нефтегазохимической лаборатории, пообщалась с коллегами-учеными. И это даже переросло в конкретные планы: мы наметили направления совместной работы по утилизации отходов аммиачного производства. 

Отраслевой женский форум «Мая галіна — мая краіна». Минск, май 2025 года

Или Галина Пироговская — доктор сельскохозяйственных наук, женщина безумно интересной судьбы и невероятного обаяния. Когда слушаешь ее, понимаешь, сколько еще в мире неизведанного и как много можно успеть, если гореть своим делом.

С огромным уважением и благодарностью всегда думаю о пресс-секретаре концерна «Белнефтехим» Ольге Спеховой. Это удивительный человек: она всегда в курсе всех событий, всегда на связи, всегда готова подставить плечо и искренне интересуется моими делами. Такое внимание дорогого стоит.

И, конечно, отдельно хочу сказать о заместителе председателя концерна Светлане Гуриной, которая возглавляет нашу отраслевую объединенную организацию Белорусского союза женщин. Это пример женщины-лидера! Она сочетает высочайшую компетентность и стратегическое мышление с душевной теплотой и мудростью. Светлану Григорьевну отличает редкая способность вдохновлять: когда она говорит, когда ведет встречи, чувствуешь не формальное руководство, а искреннюю вовлеченность в судьбы людей, в развитие отрасли, в будущее страны. Для меня она олицетворяет ту самую женскую силу в нефтехимии, которая созидает, объединяет и ведет за собой.

Глядя на таких женщин, общаясь с ними, понимаешь: нет потолка, нет пределов. Хочется развиваться, идти дальше, постигать новое и обязательно делать открытия — в профессии, в жизни, в себе самой.

— Вы победили в отраслевом этапе конкурса «Женщина года» и вышли в республиканский финал. Что для вас это значит?

— Для меня это, безусловно, большая честь. Когда я узнала о победе, первым чувством была даже не столько радость, сколько удивление: вокруг столько достойных ярких женщин — жюри предстояла непростая работа. Но чем больше я размышляю об этом, тем яснее понимаю: эта победа — не просто оценка моих личных заслуг, а знак того, что я на правильном пути.

Знаете, в повседневной работе редко задумываешься о масштабе того, что делаешь. Ты просто решаешь задачи, ищешь ответы, погружаешься в детали. А тут словно остановка, момент, когда можно оглянуться назад и увидеть: все, что ты делала, все бессонные ночи над исследованиями, все сомнения и поиски были не зря. Кто-то со стороны увидел в этом ценность. Важно получить такое подтверждение.

Но вместе с честью приходит и огромная ответственность. Титул «Женщина года» — это не только награда, это аванс доверия. Люди начинают смотреть на тебя иначе, они ждут результата, ждут своего собственного подтверждения, что выбор жюри был верным. И это не давит, наоборот, окрыляет. Появляется дополнительная мотивация работать с максимальной отдачей, не снижать планку, доказывать делом, что этот титул ты носишь заслуженно.

Для меня данная победа стала еще и точкой опоры. В жизни важно понимать, куда ты идешь и зачем. Многие люди годами ищут свою цель, свое призвание. А здесь, пройдя через этот конкурс, через оценку профессионалов, через общение с другими женщинами, я отчетливо осознала: моя цель определена, она реальна, и я двигаюсь к ней. Это дает невероятную внутреннюю силу.

Награды лауреатам конкурса «Женщина года — 2025» в номинации «Сердце отдаю людям» вручил директор Минского духовного училища протоиерей Иоанн Задорожин. Минск, март 2026 года

— Ваше хобби, если оно есть, больше похоже на химический процесс, то есть требует точности, или на искусство, то есть основано на вдохновении?

— У меня много увлечений: я люблю писать картины, моделировать и кроить одежду… Но самое любимое времяпрепровождение сейчас — рыбалка, как это ни удивительно для меня самой.

Для рыбалки нужны не только вдохновение, но и точный расчет, физическая подготовка, характер, стойкость. И это именно то, что я применяю в работе. А может быть, и наоборот: работа воспитала во мне эти качества, и они помогают мне на рыбалке. Что интересно: всего четыре года назад на рыбалку как увлечение я внимание не обращала. Представляла себе это как скучное сидение с удочкой. Но однажды меня позвали за компанию, и я думала, что посижу, почитаю, комаров покормлю. И вдруг проснулся азарт! Оказалось, что это удивительно похоже на научный исследовательский процесс. Ты начинаешь думать, как поведет себя рыба: может, так, а может, вот так… И каждый раз — непредсказуемый результат. А еще это возможность наблюдать за природой. Вокруг столько всего интересного: вот птица пролетела, вот хорек пытается утащить улов, а наутро — новый рассвет, новые впечатления. И каждый раз все по-новому. Теперь меня тянет на рыбалку постоянно — даже с палатками хожу, и на ночную, и на утреннюю зорьку. Это уже не просто хобби, а образ жизни.

— Есть ли у вас собственная «формула успеха»?

— Честно говоря, готовой формулы у меня нет. Наверное, ее и не может быть — универсальной, на все случаи. Но есть одно условие, которое я для себя вывела точно: нужно уметь чередовать напряженную работу с тишиной, со временем, когда ты просто думаешь.

Мне нравится в этом смысле притча об Эрнесте Резерфорде, отце ядерной физики, нобелевском лауреате по химии 1908 года. Однажды поздно вечером он зашел в лабораторию и увидел ученика, склонившегося над приборами. «Что вы делаете, голубчик?» — спросил Резерфорд. «Работаю», — ответил тот. «А днем что делали?» — «Тоже работал». — «А утром?» — «И утром работал, профессор». Ученик явно ждал похвалы. Но Резерфорд помрачнел и спросил: «Послушайте, а когда же вы думаете?»

Это абсолютно точно подмечено. В науке, как мы с вами уже говорили, нельзя чем-то «заниматься» — ею живешь. Мысль о работе, об очередной задаче, о новом растворителе или необычном поведении полимера не отпускает тебя никогда: ни днем, ни ночью, ни на заводе, ни дома. Но чтобы эта мысль созрела, чтобы она дала плод, ей нужны пространство, тишина, пауза.

Так что слагаемые успеха каждый находит для себя сам. Главное — прислушаться к себе: ответы в нас самих.

ФОТО Ксения Майсак, из архива Юлии Новиковой